У вас включен блокировщик рекламы, сайт может работать некорректно.
GEO.PRO
Geometria Lab
Загрузить

Что касается театра...

6 Января

Несмотря на шагающий семимильными шагами прогресс, театр не теряет своей актуальности и обаяния как в провинциях, так и в столицах. Журналист Маргарита Коковихина расспросила артистов Мариинского театра и Театра на Спасской о том, каково это — «служить театру» в XXI веке, и в чем разница между театрами в крупных городах и в глубинке.


Дмитрия я встретила совершенно случайно в петербургском «МакДональдсе» на Невском поздно ночью. Чёрная фетровая шляпа с широкими полями, темное пальто и низкий раскатистый голос — он казался строгим и неприступным. Но на удивление беззаботный разговор ни о чем завязался как-то сам собой.

«Нет, не могу, завтра репетиция», — устало проговорил Дмитрий в трубку, когда кто-то среди ночи позвонил ему. Оказалось, что он, Дмитрий Гессе, оперный певец в Мариинском театре.

Дмитрий легко согласился рассказать мне о том, каково это — быть артистом, пожалуй, самого известного театра в мире.

             

Фото: https://vk.com/id90954116

       

Как попадают в Мариинку

Я оперный певец, певческий голос — бас. В Мариинском театре я работаю уже шесть лет, хоть для театра это и немного. У нас многие работают и по десять лет, и по двадцать, и всю жизнь.

Начинал, как и все, с музыкальной школы, потом — очень сильная консерватория, а затем практически сразу пришёл в наш театр. В консерватории попал к потрясающему педагогу Николаю Петровичу Охотникову. Нас он буквально «дрессировал», совсем не жалел. Зато теперь добрая половина певцов Мариинки — это его ученики.

Когда мы учились, Мариинский театр казался нам чем-то сакральным, запретным. Конечно, мы мечтали о том, чтобы тоже войти в труппу. Моей первой оперой в Мариинке стал «Риголетто» с этого всё и началось. Я хочу работать здесь до конца... Хотя в театре не работают. В театре, как в храме, служат.


Как устроен театр


В театре график ненормированный, но очень плотный: даже понедельник, выходной во многих театрах, у нас часто занят. Иногда бывает даже по два спектакля в день. Уровень театра обязывает нас постоянно оставаться в форме. Но я не жалуюсь — мне очень нравится здесь. К тому же, у нас целых 56 дней отпуска.

У нашего театра самый широкий репертуар в мире: одних опер больше ста на пяти языках, около семидесяти балетов. Многие спектакли показываем только мы. Например, у нас идёт практически весь Вагнер. Даже артисты из-за рубежа приезжают специально, чтобы что-то спеть или станцевать. В целом, я думаю, в Мариинском театре больше тысячи сотрудников.

Билеты у нас могут стоить по-разному: от 600 до 12 000-15 000 рублей. Особенно дорого они стоят в последние дни перед выступлением и на знаменитые спектакли. Кстати, самая популярная опера у нас — это «Кармен». 

Вопреки расхожему мнению, артистам не дают бесплатных билетов. Есть небольшая скидка для актёров, но для родных и друзей мы покупаем билеты по полной стоимости. Зарплата у нас не фиксированная, зависит от количества спетых спектаклей. На ее уровень никто не жалуется, но, если быть честным, я и сам не знаю, сколько там получается.

Вообще, Мариинский театр трудно с чем-то сравнить. В России и в Европе, думаю, нам нет равных.

Фото: behance.net 

Гастроли

У театра далеко не одна сцена: в Петербурге находятся новая и историческая сцены, а также концертные и камерные залы. Ещё есть филиалы во Владивостоке и во Владикавказе, поэтому в эти города мы ездим гастролировать часто, но далеко не только туда.

Театр объехал почти весь мир: США, практически вся Европа, Россия... Сам я был пока что только в Италии, в Бельгии и во Франции. Помню, как в Неаполе за пару часов до концерта я пошёл прогуляться и заблудился. Это был такой мандраж: два часа до выступления, все мои вещи в театре, я без связи и не знаю город. Выловил какого-то местного, попросил его: что угодно сделаю, только покажи, где театр! Он сказал, что отведёт меня туда за двадцать евро. Я согласился. А он просто развернул меня, провёл несколько метров и показывает — вот, театр! Но главное, что на выступление я успел.

Фото: https://vk.com/id90954116 

***

В подземных лабиринтах Театра на Спасской любой посторонний человек на раз-два заблудится. «Это только сначала так кажется, а потом привыкаешь», — улыбается Михаил Андрианов, актер и преподаватель сценической речи. У него ласковый взгляд, мягкий голос и очки в тонкой металлической оправе, и сам он будто добрый сказочник. С первого взгляда и не скажешь, что на сцене он может быть злодеем.

Для артиста интервью — не редкость, поэтому Михаил легко согласился побеседовать со мной.

Путь артиста

В театр я пришёл в 1994 году, почти сразу после института. Учился я в Перми, а до этого играл в театральной студии «Диалог». Говорят, что для актёра самое важное — это найти «своего» режиссёра. Но отыскать «своего» педагога ничуть не менее важно. Для меня им стала Ольга Самсонова  мой первый театральный наставник. Ей я обязан очень многим.

Первый спектакль, который меня потряс как зрителя — это «Любовь, джаз и черт» тогда ещё молодого режиссера А.Клокова. Спектакль шёл здесь же, в ТЮЗе — так потом и получилось, что с чего начинал, к тому и вернулся.

Любимых ролей много... Тяжело выделить конкретную, они же как дети. Но одна из самых выдающихся, на мой взгляд, это роль адвоката Хельмера в «Кукольном доме». Ставил Борис Павлович — удивительный режиссер! Причём, роль была непростая: Хельмер, по пьесе, такой человек, который готов всё предать ради карьеры. Мне было сложно оправдать его для себя, а ведь это необходимо. Конечно, мне хотелось, чтобы зритель испытывал к нему неприязнь. Но чтобы сыграть роль хорошо, нужно героя понять.

   

Фото предоставлено Михаилом Андриановым

  


Жив ли театр в провинции

Театр однозначно жив! И наш, и в любой другой провинции, и в целом. Никакое видео не сможет заменить того заряда, который получает зритель наяву. Поэтому театр актуален сейчас и будет актуален потом.

Да, конечно, в больших городах возможностей больше: выше шансы попасть к ведущему режиссеру, начать работать со звёздами, там лучше зарплаты... У нас зарплаты, конечно, не всегда хорошие. Актеры спасаются, как могут: кто-то «делморозит», кто-то ведёт студии, кто-то ставит спектакли любителям. Я преподаю сценическую речь. Но у нас, как правило, эта подработка всё равно творческая, для души. А в столицах — я сам видел! — часто бывает по-другому. За пятнадцать минут выучил текст, прибежал на съемочную площадку и отснял быстренько рекламу — так это забавно со стороны выглядит. Это, конечно, вряд ли можно назвать творчеством.

Ещё в больших театрах и труппы больше. У нас труппа примерно 30 человек, и мы ходим в театр не как на работу. Прежде всего мы не коллеги, а семья. А если труппа 300 человек, разве семья вообще возможна? Дай бог, если все друг с другом знакомы... Очень важно, чтобы это чувство было. Потому что зритель всё видит, и если «семьи» нет, то он чувствует — что-то не так. Даже если не понимает, что именно.

Я бы не сказал, что в провинциальных театрах уровень мастерства актеров ниже. Взгляните на географию «Золотой маски»! Например, театр в Шарыпово. Они ставят потрясающие спектакли, но у них даже не здание, а какой-то сарайчик. Вроде бог знает где находятся, глубоко в Сибири, но это не делает их хуже.


Фото предоставлено Михаилом Андриановым

Театр на Спасской сегодня

Мы стараемся идти в ногу со временем. У нашего нового главного режиссера, Егора Чернышова, современное театральное мышление — то есть, мы готовы к экспериментам. Иногда сталкиваюсь с мнением, что классику нужно играть только классическим способом, не интерпретируя. Но это в корне неверно. Интерпретация — это природа театра.

В целом, у театра дела идут очень хорошо: мы проводим фестивали и лаборатории (вот, например, недавно провели лабораторию несправедливо недооценённых текстов, и это обязательно скажется на репертуаре!), наши спектакли номинируют на «Золотую маску», сами тоже выезжаем на гастроли и фестивали. Приходится постоянно учиться чему-то новому.



Театры отличаются. Драматические – от музыкальных, провинциальные – от столичных, те, что «на слуху» – от авангардных, профессиональные – от любительских… Равно как и актеры, танцоры, солисты и все-все сотрудники театров. Все разные.

Но даже несмотря на технический прогресс и стремительно ускоряющийся темп жизни, театр, которому пророчили смерть ещё с появлением первых фильмов, остаётся на плаву. И это неудивительно, потому что это иное искусство, построенное на живом взаимодействии со зрителем.

Поэтому, в сущности, не так важно, столичный это театр или провинциальный, большая труппа или маленькая. Мастерство не должно измеряться городами.



Поддержать автора
Оценить
новость
dislike like
0 комментариев